English French German Spain Italian Dutch Russian Portuguese Japanese Korean Arabic Chinese Simplified

++Sitene Ekle
$ DOLAR → Alış: / Satış:
€ EURO → Alış: / Satış:

Переселенцы в Ингушетии потребовали вернуть им право на получение жилья

Переселенцы в Ингушетии потребовали вернуть им право на получение жилья


Вынужденные переселенцы из Чечни заявили, что лишились статуса беженцев и права на получение жилья, получив мизерные компенсации, а власти Ингушетии не хотят решать их проблемы. Миграционная служба отказывается продлять статус беженца даже по решению суда, сообщил один из переселенцев.

Как писал “Кавказский узел“, в феврале вынужденные переселенцы из Чечни в Ингушетию пожаловались на то, что власти не продляют им соответствующий статус.

14 февраля пресс-служба постпредства Ингушетии сообщила о пикете вынужденных переселенцев из Чечни у здания Госдумы в Москве. Глава республики Юнус-Бек Евкуров потребовал от Совбеза разобраться с “политизированной акцией, направленной на раскачивание ситуации” в Ингушетии, “установить всех участников, изучить их мотивы, и кто за ними стоит”. Переселенцы не пикетировали в Москве, а встречались с депутатом от Ингушетии, заявила на это переселенка Мадина Дзортова, которую Евкуров назвал организатором пикета.

Вынужденные переселенцы из Чечни, собравшиеся в Назрани 15 марта 2018 года. Фото Ужаха Ужахова

15 марта в одном из частных домов в Назрани собрались около 200 вынужденных переселенцев из Чечни, рассказавшие корреспонденту “Кавказского узла” о проблемах с продлением статуса беженца. Не все из них смогли поместиться в комнатах, часть людей осталась на улице. Переселенцы также записали видеообращение к властям страны.

“Я потерял дом и был поставлен на учет как вынужденный переселенец из Чечни в 1995 году. Наш дом в Грозном вместе с имуществом и всеми документами был полностью уничтожен. Тогда в нашей семье было 12 человек, а сегодня только у меня семеро детей, я уже не говорю об остальных. До сегодняшнего дня я не
получил жилье, как и все присутствующие, впрочем. Нам сложно арендовать квартиру, практически каждый год приходится менять жилье по разным обстоятельствам. Пока дети привыкнут к одной школе, мы меняем жилье и им снова надо привыкать к новой школе. Это очень тяжело”, – рассказал Делимхан Шамхоев.

Он пожаловался на нежелание властей решать проблемы переселенцев. “Наше возмущение растет с каждым днем. Устали мы обращаться к чиновникам, писать заявления в парламент, правительство, главе республики. Все это не работает, нас просто не слышат. VI созыв Госдумы 30 декабря 2015 года внес изменения в федеральный закон “О вынужденных переселенцах”, и после этого те переселенцы, которые когда-то получали незначительную денежную помощь от государства, лишались права считаться беженцами. В результате этого все мы лишились надежды получить жилье. Дали 120 тысяч рублей на карманные расходы, а потом решили, что этого нам хватит и нам больше жилья не надо”, – заявил мужчина.

Поправки, внесенные в 2015 году в закон “О вынужденных переселенцах”, предусматривают “уточнение порядка предоставления документов, необходимых для признания лица вынужденным переселенцем, а также основания для продления срока действия статуса вынужденного переселенца или утраты либо лишения такого статуса”, – говорится в сообщении, опубликованном 30 декабря 2015 года на сайте Кремля.

По словам Шамхоева, когда было введено обязательное правило каждый год продлевать статус беженца, многие не знали об этом и потому не продлили свой статус. В результате они перестали считаться переселенцами, оставшись при этом необеспеченными жильем.

“В связи с изменением закона в 2015 году наше положение стало хуже. Нам не продлили статус переселенцев, но от этого мы не перестали быть переселенцами. Когда мы в 1995 году приехали в Ингушетию, нам предложили написать отказные от домов в Чечне. Мы написали, и сейчас не имеем никакого права вернутся туда. Ходу назад в Чечню у нас нет. Мы и наши дети до сих пор без жилья”, – рассказала Аза Аксанова.

“Нам дали 24 часа, чтобы покинуть Грозный, но уже 24 года мы ходим бездомные. Нашу проблему никто не видит”, – заявила переселенка Лидия Демирханова.

Она отметила, что имеется решение суда о выделении жилья ее семье. “Мне скоро будет 72 года, но у меня нет жилья. В 1995 году в нашей семье было восемь человек, а сейчас у всех появились свои многодетные семьи. Все они не обеспечены жильем, хотя у нас есть решение суда на полное обустройство нашей семьи. Однако решения суда никто во внимание не берет”, – заявила женщина.

Лейла Гатагажева. 15 марта 2018 года. Фото Гора Алексаняна для "Кавказского узла".

73-летняя пенсионерка, инвалид второй группы Лейла Гатагажева рассказала, что ее удалили из списка беженцев после получения в 2004 году 130 тысяч рублей государственной помощи.

“Но даже самую дешевую маленькую квартиру нельзя было купить на эти деньги. Моя семья состоит из 4 человек. Я, дочка и мои два внука. Получаю 16 тысяч пенсии и отдаю 12 тысяч за аренду квартиры. Не дай Бог что-то со мной случится – по нашему национальному менталитету будет позором то, что я помру в чужой квартире. Местные чиновники глухи к нашим просьбам”, – сказала женщина.

“В моей семье 17 человек остались без крова. Закон 2015 года усугубил нашу жизнь. Мы остались без
статуса беженца и были удалены из списка людей, ожидающих получения жилья. 20 лет мы были
беженцами, а с 2015 года перестали быть ими. Как нас назвать, если не бомжами? 2500 семей бездомны. Это целое поселение”, – сказал 80-летний Магомед Убаков, оценив количество нуждающихся в жилье в 15 тысяч человек.

Магмед Убаков. 15 марта 2018 года. Фото Гора Алексаняна для "Кавказского узла".

“На местные власти и главу республики мы не надеемся. Они нас не признают”, – добавил Убаков. Он выразил надежду на вмешательство в ситуации федеральных властей, но заявил, что сейчас они дезинформированы относительно проблемы переселенцев в Ингушетии, считая ее решенной.

“Почему мы каждый год должны доказывать, что мы являемся вынужденными переселенцами?” – возмутилась пенсионерка Петимат Измайлова. По ее мнению, необходимо отменить это требование, обязав органы ФМС самостоятельно проверять, не улучшил ли человек свои жилищные условия. Нынешние законы, регулирующие ситуацию с беженцами, нарушают их конституционное право на жилье, считает женщина.

Она заявила, что компенсация, полученная ее семьей, недостаточна, и это признано судом. “В настоящее время миграционная служба отказывает нам в продлении срока действия статуса, ссылаясь на то, что нам оказана государственная помощь в форме компенсации за утерянное в Чеченской Республике жилье и имущество в сумме 101140 рублей. Мы на эту компенсацию смогли еле одеть и прокормить детей – у нас было восемь детей. У нас забрали удостоверение вынужденного переселенца и все документы на жилье. Позже Верховный судом эта компенсация признана недостаточной. Мы об этом не знали, миграционная служба не разъясняла нам наши права, не проинформировала о том, что мы можем получить компенсацию”, – заявила Петимат Измайлова.

Боевые действия в Чечне, по словам женщины, негативно отразились на здоровье членов ее семьи. “Ядовитые пары и газы привели к тому, что мой муж заболел онкологией, а я сама перенесла несколько микроинсультов. В 2001 году у нас случилось горе – в армии при исполнении служебных обязанностей умер сын. Окутавшие
нас со всех сторон проблемы сдавливали нас психически. Оказавшийся в рутине стресса, мы не в состоянии были следить за происходящими изменениями в законодательстве. Мы надеялись и обращались за помощью в миграционные органы, поскольку на них возложены законом функции решать проблемы вынужденных
переселенцев”, – отмечает она.

ФМС отказывается исполнять решение суда о продлении статуса беженца

Закир Банхаев. 15 марта 2018 года. Фото Гора Алексаняна для "Кавказского узла".

Переселенец Закир Банхаев продемонстрировал корреспонденту “Кавказского узла” решение суда, согласно которому миграционная служба должна продлить ему статус беженца. “Есть судебное решение, но его никто не учитывает. Недавно судебные приставы даже возбудили исполнительное производство, но уже четвертый месяц они не могут заставить миграционную службу продлить мне статус беженца. Я обращался в прокуратуру, Следственный комитет, к правозащитникам, но абсолютно никакого результата. Насколько я понимаю, миграционной службе дан приказ ничего не делать. Поэтому она никого не боится и не выполняет решения суда и игнорирует приставов”, – считает Банхаев.

Представитель Правозащитного центра “Мемориал” в Ингушетии Тимур Акиев не согласился с причинами, по которым миграционная служба отказывается исполнять решение суда. “Миграционная служба сначала обжаловала такие решения, а затем просто отказывала в их исполнении на том основании, что истек срок предъявления исполнительного листа. Но это притянутая за уши причина, так как  вступившие в законную силу решения суда не отменены в установленном законом порядке, а значит, полежат обязательному исполнению соответствующими  органами государственной власти”, – сказал Тимур Акиев корреспонденту “Кавказского узла”.

Миграционная служба, в свою очередь, также обращается в суды для того, чтобы не продлевать переселенцам статус беженца, сообщил он. “В практике наших юристов в 2017 году был один случай, когда человеку с таким решением выдали исполнительный лист. Судебные приставы возбудили судебное производство, но по факту его не исполняют, а тем временем миграционная служба пытается добиться отмены исполнительного производства. Одну
судебную инстанцию они уже проиграли, но обжаловали решение районного суда в вышестоящей инстанции”, – отметил правозащитник.

Требование вынужденных переселенцев о продлении статуса беженцев и их претензии на государственную поддержку вполне законны, подчеркнул Тимур Акиев.

“Речь идет о тех людях, кому отказывают в продлении статуса после внесения изменений в действующее законодательство о вынужденных переселенцах, вступившее в силу с 2016 года. Согласно новой поправке в закон, все, кто получил компенсацию, возвратную ссуду, субсидию или иную государственную поддержку, лишаются статуса вынужденного переселенца, а следовательно, и права на получение жилья или сертификата. Но до 2016 года эти обстоятельства не являлись препятствием для получения господдержки, и даже если миграционные службы отказывали в продлении статуса, люди могли добиться этого прав через суд”, – сказал Тимур Акиев.

Он подтвердил слова переселенцев о том, что недостаточность полученной компенсации доказана вступившими в законную силу решениями судов. Повторному доказыванию это не подлежит, добавил Акиев.

По его словам, многие юристы и правозащитники считают, что поправка № 467 к Федеральному закону о вынужденных переселенцах от 30.12.2015 года противоречит Конституции России – в частности, положению, ограничивающему возможность законодателя придавать закону обратную силу.

“Кавказский узел” писал, что переселенцы сталкивались с трудностями при продлении статуса еще до принятия поправок в закон о вынужденных переселенцах. Так, в июле 2014 года Роза Долакова пожаловалась Юнус-Беку Евкурову на отказ чиновников продлить ее статус во время его встречи с беженцами в Карабулаке. Вопрос о продлении статуса вынужденного переселенца Розе Долаковой был решен на следующий день после этой встречи.

Автор: Гор Алексанян;
источник: корреспондент “Кавказского узла”


Апсны Новости

ZİYARETÇİ YORUMLARI

Henüz yorum yapılmamış. İlk yorumu aşağıdaki form aracılığıyla siz yapabilirsiniz.

YORUM YAZ